Extreme Tokyo

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Extreme Tokyo » Ночной клуб "Ageha" » Огромный танцпол со сценой и барной стойкой


Огромный танцпол со сценой и барной стойкой

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Главное и самое большое помещение клуба. Громкая музыка ритмов dj\я и двигающиеся в такт тела людей. Постоянно меняющее цвета неоновое освещение, вспышки галогенных ламп, стильный дизайн  — все создано для поддержания активного настроя посетителей.
На сцене периодически выступают различные музыкальные группы, а на платформах танцуют  симпатичные девушки и юноши.
Те, кто устал и решил передохнуть, покурить или опрокинуть рюмашку спиртного в компании друзей, могут отправиться к барной стойке с высокими сиденьями или же занять места на кожаных диванчиках и столиках в стороне, с которых тоже открывается прекрасный вид на главное действо.

2

Квартира Коджиро Шого >>> Автостоянка при клубе >>>   Огромный танцпол со сценой и барной стойкой

Расстегнутый ворот рубашки, пара уже пустых бутылок, на которые периодически натыкается носок ботинка под столом.  Шумная компания бейсеров, еще минут тридцать назад так бурно беседовавшая за этим столиком, плавно переместилась в зону танцпола. Впрочем, кто-то из его друзей на данный момент и клеит девочек за соседним столиком.
Чума же сейчас курил, методично стряхивая пепел в горлышко одной из пустых бутылок — до пепельницы, находившийся на другом конце столика тянуться было лениво.
Танцевать он сейчас не хотел. Просто не было желания. Коджиро занял довольно удобную позицию в углу столика, так, чтобы можно было наблюдать за большинством явлений, творящихся  в этом зале.
Еще один глоток пива. Алкоголь, видимо, медленно и неспешно, только начинал рассасываться в крови, посему до нормального опьянения было еще довольно далековато. Туман только где-то в отдалении подступал к разуму, но все это было настолько малоощутимо... Шого вообще трудно пьянел. 
Его приезду ребята были безмерно рады — он не часто выбирался в такие заведения. И сразу же, стоило кому-нибудь только взглянуть на лицо Коджи, начинали сыпаться вопросы о том, что такого успело произойти за эту ночь.
Чума молчал. В своей излюбленной манере где-то сказал: «неважно», где-то лишь улыбнулся в ответ, от кого-то вообще отмахнулся рукой.
«Я упал с лестницы», - спокойно пожимал плечами Чума. Это был стандартный ответ для тех, кто знает правила. «Упал с лестницы», в которое никто из присутствующих не верил, да и никогда не поверит, служило лишь единственной отговоркой, которая на деле означала лишь одно: «не задавайте вопросов,  я все равно вам ничего не скажу».
Спустя какое-то время интерес к данному вопросу поутих и компаньоны по прыжкам начали обсуждать уже другие темы, а еще после Nного количества спиртного и вовсе развеселились и разбежались по территории зала каждый за своей дозой приключений на этот вечер.
Шого же отбился от первой волны попыток вытащить его из-за столика танцевать — хотелось хотя бы немного побыть одному, спокойно покурить и выпить. Он знал, что через какой-то промежуток времени последует следующая, уже более серьезная попытка и уже сейчас начал задумываться о том, что говорить остальным во второй раз.
Такого рода вечеринки навивали бейсера всегда лишь на одну единственную мысль, а именно, куда бы от сюда смотаться, ну или по той же аналогии: «когда же все это закончится?».
Не то, чтобы ему не нравились такие встречи, но иногда было действительно не до них.
А сейчас оставалось только курить и наблюдать за всеми телодвижениями этого зала.
Глоток. Еще глоток. пустая бутылка отправилась под стол к своим собратьям. Пиво за этим столиком закончилось и надо было топать к стойке за добавкой.
Впрочем, Коджиро не долго думая так и поступил.
Шум в данном месте сильно давил на барабанную перепонку. Сэмплы ди-джея играли немыслимую композицию, отражавшуюся мерными ритмичными ударами по черепной коробке. Яркий, прерывистый свет заставлял немного прищуриться — глаза до сих пор не привыкли к таким световым красочным перепадам и уже сейчас требовали отдыха. Молодой человек неспешно пробирался к барной стойке, обходя столики, а затем и чуть отдалившихся от танцпола людей.
Какая-то барышня с элегантностью бульдозера сумела хорошенько так впечатать свою шпильку в обувь Чумы, от чего тот сразу недовольно поморщился. Тем не менее, находчивая дамочка сразу же извинилась, выдав что-то типа: «Ой!» и моментально ретировалась с места преступления куда-то в толпу. Тем лучше...
Бейсер приземлился на высокий стул у барной стойки и сделал бармену жест рукой. Но тот уже был занят выполнением другого заказа. Второй бармен тоже без дела не сидел, исполняя немыслимые взору пассы в воздухе, смешивал в стакане для кого-то коктейль. Шого даже засмотрелся на эти ловкие движения руками — для кого-то это казалось нереальным, для кого-то это были выработанные за долгие годы механический действия.   
Первый бармен уже увидел желавшего сделать заказ Шого и еле ощутимым кивком дал понять, что подойдет сразу же, как только закончит с  розливом вина.
Чума никуда не торопился. Вставив в зубы сигарету, он удобней расположился на стуле вполоборота к танцполу, а рука нырнула в карман брюк за зажигалкой.

3

>>> Квартира Йоширо Хига

Собирая по пути облетевшие листья с деревьев и прижимая их к губам, словно пытаясь высосать последнее весеннее дыхание изнутри уже почти увядшего живого существа, Кадзэ изредка перешагивал мини-моря на улицах Токио, все чаще и чаще проходя по ним вдоль, смачно отстукивая по асфальту острыми сапогами. Брызги скатывались по кожаной одежде, мутные лужи едва ли успевали запечатлеть размытый образ юноши, идущего в неизвестном направлении. Волосы облепили скулы и шею, со лба на глаза и нос падали дождевые капли. Тело медленно начинало потряхивать — увы, непогода нынче не в моде, да и одежда не предусматривала встроенного обогревателя. Тонкая ткань майки промокла насквозь, прорисовывая под собой контуры торса юноши.
Недалеко от того места, где сейчас шел Йоши, одиноко, в глубине зданий-монстров, ютился круглосуточный магазин, видимо, специализирующийся на быстрых закусках и, конечно же, алкоголе. Наличие полицейских в данную погоду не предусматривалось, что сыграло, как обычно, на руку юному экстремалу. Зайдя в магазин, юноша блаженно улыбнулся, по коже пробежали мурашки, почувствовав контраст погод в здании и вне его. Подсознание невольно высказало свое желание не покидать стены заведения, побыть здесь еще немного, хотя бы до утра.
Приветливый продавец, завидев не самого приятного вида юношу, немного жалостливо оценил его взглядом, предлагая купить кофе.
- Я в порядке, - молодой человек кивнул, дрогнувшая улыбка спала с губ и рассыпалась вслед за летящими вниз каплями, - Но, все же, вместо кофе предпочту что-нибудь покрепче.
Продавец покачал головой, удаляясь вглубь помещения. Через несколько секунд на столе красовалась бутылка с тонким горлышком в приятном на ощупь соломенном чехольчике.
Рассчитавшись, Йоширо удалился, мысленно жалея чуть ли не о каждом поступке, который он сделал или еще сделает за эту длинную, как казалось, ночь...
Время теряло свою власть над ним, секунды не тянулись вечность, но и не летели как стрелы неприятеля. Их просто не было. Полная дезориентация. Свобода, немного терпкая и горьковатая на вкус, касалась губ мокрым от алкоголя и дождя настырным поцелуем.
В отдалении слышались шумы, асфальтированная дорога начинала вибрировать от мощных звуков.
Ах да, через пару кварталов ведь была Агеха, притон отмороженных на всю или частично голову молодежи города.
Он замер, вслушиваясь в безбашенный сэт местного диджея, невольно отстукивая каблуком приглушенный ритм мелодии. Он слабо различал его сквозь собственную музыку дождя, колотящего по всем поверхностям и биение своего сердца, то утихающего, то ускоряющего ритм.
Без всяких посторонних мыслей, Кадзэ развернулся на евяносто градусов и ускорил шаг. В глаза ударил софитовый свет прожекторов.
«По крайней мере, там будет тепло»... - Шепнуло все еще не заснувшее подсознание, молодой человек усмехнулся.
Еще несколько глотков перед тем, как уже пустая бутылка отправилась на первое и последнее свидание с кирпичной стеной. Утром осколки соберет дворник, отпустив не самые приятные словечки в адрес ужасной, избалованной молодежи и припомнит свои годы, когда ему было всего лишь.......
Тряхнув головой, Хига остановился. Перед ним стоял охранник, с любопытством рассматривая жалкое подобие человека перед собой. На каменном лице не читалось никаких эмоций и мыслей, может быть хотя бы потому, что они попросту отсутствовали, да и столь тяжкий труд в данной профессии был чересчур диковинным...
- Мы можем простоять здесь до утра и я буду травить тебя загадками, на которые ты не ответишь даже с подсказками дружка... Или я наконец пройду внутрь, отогреюсь, попью сочку и довольный уйду, - Хига сложил руки на груди, выражая тем самым отнюдь не непреклонность. Ему действительно становилось чертовски холодно и дрожащие, посиневшие губы были тому неоспоримым свидетелем.
Его не болтало из стороны в сторону, взгляд был осмыссленным, зрачки — допустимого размера, учитывая то, что было темно. Вышибала прослушал практически всю краткую речь экстремала, вряд ли заострив на ней хотя бы один процент своего грозного внимания и молча отступил на шаг в сторону. В конце концов, он не был похож на наркомана, не был пьян и не похож на террориста,а  это значит, что не пропустить его не было оснований...
Йоширо переступил порог клуба, окунувшись в нереальный мир электронной музыки, запаха сигарет, женского и мужского парфюма, сигаретную дымку и сумбурные голоса.
Несколько секунд для того, чтобы тело ощутило жар помещения и одна сотая, чтобы алкоголь мгновенно добрался до мозга. В тот же момент все звуки в помещении ощутимо понизились, а ноги стали ватными, почти что непослушными. Скулы сводило то ли от холода, то ли от накатившей теплоты, зубы отбивали ритм похлеще того, что творил диджей за пультом.
Прижимая руки к груди, юноша забежал по небольшой лестнице, ведущей в главный зал первого этажа и едва ли не столкнулся с официанткой, несущей на подносе коктейли. Та устояла — профессиональная тайна, а вот Кадзэ, широкими полушагами-полупрыжками преодолев приличное расстояние, приземлился на первый попавшийся стул. Под ногами что-то звякнуло. Еще раз. И еще.
- Что заа... - Чуть согнувшись в корпусе, он оценил обстановку под столом, отметив просебя, что падать сюда точно не захочет... Ну надо же, целая коллекция пустых бутылок...
Неспешно достав из мокрой сумки сигареты и зажигалку, Хига прикурил, закинув ноги на стол и с удовольствием потягиваясь. Примерно на третьей затяжке он понял, что что-то прохладное расположилось на его плече.
- Я к тебе обращаюсь, - Более громко и четко послышался чей-то недовольный голос.
Йоширо, все так же лениво поворачиваясь, взглянул на человека за спиной. Улыбка. И медленный поворот обратно.
- Для начала встань передо мной, поприветствуй, представься, а потом распускай лапы... Или что там у тебя... - Немного брезгливо поведя плечами, он откинул с себя неизвестный предмет.
Тряхнув головой, он сосредоточил взгляд на пустующем стуле перед собой. Опьянение медленно охватывало рассудок.
«Хотя бы один, черт подери, день... Я могу прожить без разборок и драк?..»

4

Бейсер продолжал наблюдать за мастерскими движениями второго бармена. Тот уже заканчивал своё творение, водружая на край фужера последний штрих в виде фигурно исполненной дольки лайма. Коктейль был выставлен на стойку и переливался  яркими оттенками на фоне неоновых ламп.
- Вот видишь, - произнесла какая-то девушка, толкая в бок свою подругу. - это мой любимый напиток в этом заведении. - Она звонко хихикнула, а на лице появились мимические морщинки от лукавого прищура. - попробуй, тебе...
- Вы что-то хотели? - Донеслось у самого уха, переключив внимание Коджи с двух болтающих девиц.
Бармен уже расправился с прошлым заказом и подошел к ждущему бейсеру. На автомате пришлось повернуться к нему, а со стороны еще долетали обрывки фраз девушек: «...я его открыла, когда была здесь в прошлый раз...», «...замутили тогда вечеринку...» , «... а потом поехали...». Дальше одна из них вновь задорно рассмеялась, а Шого потушил наполовину выкуренную сигарету в пепельнице.
- Шесть бутылок пива, будьте добры... - сухо произнес он.
Быстрый осмотр показал, что его приятели все продолжали веселиться на танцполе, а поэтому дальше он тоже будет пить один. И так до победного. Нажираться, правда, тоже не очень хотелось, потому как на стоянке при клубе Чуму ждала его машина, и её еще надо было как-то довести до дома. Но почему-то выбора особого не было.
Надо было заказывать такси, — вдруг подумал про себя молодой человек, а на стойке в этот же момент попарно появились бутылки с пивом.
Коджиро протянул бармену купюру, отмахнулся от сдачи и, сжав между пальцами горлышки бутылок, начал продвигаться к своему столику.
На этот раз пришлось быть более осторожным, сразу же отмечая потенциальную угрозу столкновения с субъектами человеческого тела и заведомо обходя каждого по хорошей дуге.
К столику пришлось подходить с другой стороны, потому как соседняя компания уже, судя по всему, хорошо надралась и что-то пыталась выяснить, обильно жестикулируя руками и периодически вскакивая с мест.  Рисковать в такой ситуации не стоило. Тише, едешь, как говориться, куда-нибудь приедешь.
За тем столиком, к которому направлялся Чума уже кто-то сидел. Скорее всего, кто-то из ребят устал от горячих ритмов танцпола и решил хлебнуть алкоголя и перевести силы за столиком. Бейсер пока еще не мог разобрать, кто это был — в полумраке помещения в совокупности с яркими галогеновыми вспышками, да еще и со спины это довольно трудно было сделать. 
Шого обогнул еще парочку столиков и, каково было его удивление, когда он подошел ближе к своему...
Нет, это не один из его друзей — они все еще веселились каждый в своем уголке данного клуба — за столиком сидел чужой человек.
- Ты не заметил, когда сюда садился, что столик уже занят? - Как можно более громко постарался произнести Коджи, так, чтобы слова отчетливо слышались даже в этом безумном  музыкальном ритме.
Незнакомец не прореагировал на вопрос. Более того, кажется и ухом на него не повел. Бейсер очень сомневался, что тот все таки не расслышал его слов, но для полной верности все таки  ткнул того в плечо одной из бутылок пива:
- Эй, я к тебе обращаюсь!..
На данную фразу последовала уже более внятная реакция. Нежданный гость даже повернул голову в его сторону, а в ответ послышались произнесенные им слова:
-  Для начала встань передо мной, поприветствуй, представься, а потом распускай лапы...
Шого ругнулся. Вдруг появилось огромное желание просто-напросто взять за шкирку и выкинуть нахала с занимаемого тем места. Пожалуй, он бы так и поступил. Если бы не пивные бутылки в руках. Впрочем, сейчас их можно спокойно поставить на стол, а после уже без лишних слов обьяснить незванному гостю что и как.
Чума краем носка отодвинул соседний стул, освобождая подступ к столу, на который сразу же опустились шесть бутылок, после чего хотел уже было начать «беседу» с незнакомцем...
Хотел. Пока не увидел до боли знакомое после прошлой ночи лицо.
План действий моментально изменился и Шого со смехом рухнул на противоположный от собеседника стул, подхватывая одну из бутылок и свинчивая с неё крышку.
- Так-так,  вы посмотрите кто к нам пришел, - смех уже прошел и на лице экстремала появилось подобие усмешки. - Вчера ты занял мое место на бетонной площадке Телевышки, сегодня — стул, на котором я сидел в этом заведении и на который только что собирался приземлиться снова, - в глазах появился лукавый прищур. - Вот скажи мне, чего от тебя ожидать завтра? Я вернусь домой и обнаружу, что ты занимаешь мою любимую кровать или восседаешь на моём толчке?
Шого улыбнулся и сделал пару больших глотков пива, попутно не спуская глаз с Йоширо и ловя любое его движение. Тот, по ходу дел, прилично продрог судя по мокрой насквозь одежде и цвету кожи. А вот посмотря на пунцовый цвет щек, можно еще отметить и то, что до этого он еще и что-то выпил. .
- Ты сегодня выглядишь паршивей, чем вчера, - заключил бейсер и кивком указал на одну из бутылок. - Угощайся. Такие совпадения не каждый день случаются. Я действительно удивлен, что наша вторая встреча оказалась столь поспешной... - Чума снова непривычно для самого себя улыбнулся в который уже раз за эту минуту и добавил, - но я рад, ты внес необыкновенный сюжетный поворот в этот вечер.
Еще бы, если по всем прогнозам твоими ожидаемыми спутниками за ночь в клубе были лишь выпивка и сигареты, потому что до этого момента желания общаться с людьми так и не проскальзывало.

5

Тело плавно скользнуло со спины ближе, огибая его с левого бока и уже стояло перед ним.
«Значит, дейсвительно не избежать...» - пальцы рук дрогнули, заранее сжавшись в кулаки, мышцы ног напряглись, будучи на готове в любой момент рвануть с места в сторону или сразу же на будущего соперника.
И... «Не пойму... То ли ты меня преследуешь, то я тебя преследую... То ли у меня паранойя и ты мне везде мерещишься». Глаз нервно дернулся, а сигарета, зажатая в зубах, вот-вот обещала выпасть и прожечь нечто ценное... например, брюки.
Как бы не парадоксально это казалось, но он действительно видел это лицо раньше и даже помнил его. Еще бы не помнить то, что совсем недавно с такой ненавистной любовью хотел превратить в один сплошной синяк...
А вот и знакомое рассечение у губ... «Нет, все же, удар был воистину великолепен» - мысленно похвалил он сам себя и едва улыбнулся.
Йоширо вопросительно изогнул брови, пытаясь сдержать улыбку на лице, но оброна была прорвана. Сначала губы непривычно, в какой-то доброжелательной и незнакомой манере растянулись, как говорили в простонародье, от уха до уха, но этим он не ограничился... По горлу вибрирующими нотками вырвался приглушенный смех, дрожащий, возможно, слегка нервный, по большей части удивленный.
- У тебя странная манера приглашать в гости, - он затушил сигарету, скинув со стола ноги, приподнялсЯ, чтобы перевернуть стол спинкой к себе и прижался к ней корпусом. Ледяные руки вцепились в горлышко такой же ледяной бутылки, чему в данный момент Кадзэ был отнюдь не рад... Возможно, в голове теплилась надежда, что это окажется горячая чашечка чая или кофе, но увы... Оставалось лишь верить, что вскоре реакции на погоду умрут от алкогольных паров.
Крышка пива отлетела в сторону и, отсалютовав старому новому знакомому, он селал один глоток, слегка сощурившись — вкус пива не был его ищлюбленным...
- Но я запомню такой щедрый жест в отдаче домашнего трона. А встреча... Нас свело небо... - Юноша снова рассмеялся, в очередной раз прикуривая влажную сигарету, - И будь я бабой, - Он раскинул руки в стороны на подобии знака приветствия, - Сказал, что меня выбрали боги в твои жены.
Пара ленивых затяжек сизового дыма, пара вдохов отравленного воздуха, состоящего из ста девяносто шести элементов... О, неописуемое блаженство.
Отчего-то было безумно весело. Хига уперся локтем в стол, опустив на раскрытую ладонь подбородок, и, после нескольких секунд молчания и прямого взгляда, с неким подобием сарказма и улыбкой чеширского кота выдал.
- Как хорошо ты меня запомнил... Ночью-то... Ну давай, признайся, ты скучал по мне! - Настроение поднималось с каждой минутой, а от присутствия Шого лишь пополнялось порциями позитива в отравленную цинизмом кровь.

6

- Это ты заранее планируешь ночевать у меня, чтобы уже с самого утра занять вакантное место на троне? - Снова рассмеялся Шого. - Смею тебя предупредить, что кровать у меня одна, а мне иногда все же снятся эротические сны.
Еще пару глотков холодной жидкости проскользили вдоль пищевода. По телу начал распространятся теплый огонек начального алкогольного опьянения. Без сомнений, плюс выпивки в том, что она моментально позволяет расслабиться, ну а минус — это то, что, при её переборе, с утра всё накатывает в двойном объеме. Впрочем, до второго Коджиро сегодня все таки доводить не хотел.
При словах о жене Чума чуть было не подавился пивом от неожиданности, но настроение продолжало стремиться вверх и реакция на фразу была соответствующая:
- Оооооу! Я всегда мечтал о том, чтобы мне готовили завтрак и стирали носки, - просиял экстремал. - Так что, если у тебя хорошо получаются эти два пункта, то милости прошу. Я только - за.
Из пачки была извлечена очередная сигарета, а, после щелчка зажигалки над столиком неспешно проплыла струйка дыма. Шого сделал затяжку, отдавая свои лёгкие в плен никотиновому безумию, стряхнул пепел по обыкновению в пустую бутылку и ответил на последнюю фразу собеседника:
- Скучать, наверное, скучал, как и ты, - молодой человек сделал небольшую паузу, дав время Йоширо проанализировать эти слова, после чего добавил. - Ты вот тоже улыбаешься от уха до уха после того, как увидел меня, - бейсер пустил в тон добрый смешок. - Сам-то нибось тоже обо мне думал. Думал, а?
Поза была расслабленной, а окружающие явления, люди, ситуации, на которые Коджиро еще несколько минут назад обращал все свое внимание, смешались в единый фон событий, который на данный момент был где-то далеко, за гранью всего происходящего за этим столиком и не имел никакого значения. Где-то там веселятся его друзья, но о них Чума тоже сейчас не задумывался — каждый находит занятия исключительно себе по нраву.
- Эээээх, - наигранно грустно выдохнул Шого. - А все таки хорошо я тебе врезал. Добротно так, вон сколько следов осталось. Давненько так не дрался.
Взгляд в глаза и сразу же следующий вопрос. Как говориться, «в лоб»:
- Ты хочешь на днях прыгнуть со мной со здания? - На лице просто сияла широкая улыбка. Улыбка на фоне которой и были произнесены последующие несколько слов. - А то я хочу кое в чём убедиться..

7

- Годится! - Непонятно на что выпалил Йоши и хотел было протянуть руку для пожатия, но что-то дернуло экстремала и он поднялся с места.
Обвив спинку стула, он немного наигранно вздохнул, перебирая отогревающимися пальцами все еще мокрые пряди волос.
- Это будет так символично... Ты будешь дарить мне платья, покупать цветы и конфеты... - С этими словами он подтянулся вверх и в тот же миг стоял на стуле с бутылкой пива.
- Ну что же, Коджиро Шого, ты сам выбрал свою судьбу!.. - С неким подобием дьявольского смеха выпалил Хига, но его лицо через пару секунд приобрело серьезность, - Я буду твоей женой, а ты будешь моей женой, так что теперь, красавица, от меня ты не отвертишься... Брачную ночь в студию! - Каким-то образом ему получилось уловить ритм музыки, который тут же юноша впитал в себя, позволив телу... нет, не эротично извиваться подобно стриптизерше-змее, заигрывающе двигая бедрами... Он топтался на одном месте, отбивая ритм ногой, руки беспорядочно носились по воздуху, то и дело выливая пиво на пробегавших мимо ошарашенных людей, а мокрые волосы, отлипая от шеи, в беспорядке приземлялись обратно.
В какой-то момент Кадзэ замер. Возможно, на фразу об ударе. Он не мог отрицать, что они были так же хороши, как и его собственные. Возможно о том, что ночью как-то он действительно поймал себя на мысли, что на энную сотую скучал по тому бейсеру, что так нагло вел себя на крыше. Возможно, о том самом прыжке, который только что ему предложил Чума.
«Ты ведь не скажешь этого?»
Йоширо отдал уже почти пустую бутылку пива официанту, стоявшему под ним уже около минуты и настойчиво умолявшего слезть вниз.
Повернувшись к Коджи, он молча изучал его лицо, взгляд, улыбку, отчасти наигранную, отчасти правдивую.
«Ты ведь помнишь?..»
Не отрывая глаз, он опустился на карточки, сложив руки на груди замком.
- Что ты хочешь проверить, бейсер? - Казалось, что вся та алкогольная дымка, что пьянила и веселила разум, замерла в страхе перед всей серьезностью и ответственностью, с коей сейчас говорил экстремал-одиночка.

8

Коджиро выставил локоть на столик, а рукой подпер подбородок, наблюдая за искренней и не наигранной радостью своего собеседника. И, самое интересное, она его начинала заражать, что было в принципе не свойственно.
Бейсер наблюдал за каждым действием Йоширо, за его выходкой на стуле и даже в самом уголку подсознания и не промелькнуло ни единой мысли о том, что что-то сейчас происходит неправильно, и что по логике вещей после такой сумбурной потасовки и драки вчера, сегодня не может быть, опять же, по логике и всем логическим выводам, вот такого вот веселья. Но на это тоже было плевать. Сейчас было просто хорошо.
- Ну тогда готовься, - весело парировал Чума. - я куплю тебе красивое нижнее белье. Да-да, и не смотри на меня так и, первое, что устрою — это романтический ужин и страстную ночь любви, - слова слетали с языка сами, и Шого был не совсем уверен, что говорит это все в шутку. Задор был действительно будь здоров, поэтому молодой человек хоть сейчас был способен воплотить все сказанное в жизнь. - Да отдай ты эту бутылку официантке, не будь жмотом, - рассмеялся Экстремал, продолжая наблюдать за действиями собеседника.
Тот уже опустился на корточки и сложил руки замком, что свидетельствовало о не столь приятной теме для собеседника. Но менять тему, обходить её стороной или просто уходить от ответа было не в принципах Чумы, да и тему полетов они так или иначе в конечном счете затронут, сколь бы грустной она не была. «Небо — наше все», - как говорит один из излюбленных девизов бейсеров группировки Эраса.
- Я хотел проверить свою будущую жену на идеальность, - чуть наклонившись ближе спокойно произнес Шого не сводя взгляда от глаз собеседника, после чего неспешно и плавно снова откинулся на спинку стула.
- Знаешь, за малое время нашего знакомства я сумел осознать только одно: ты боишься неба, - Чума вновь выдержал взгляд, после чего продолжил. - И , что бы ты сейчас не сказал, ты его боишься. Ты убегаешь от него, но никак не можешь скрыться. Но, знаешь в чем дело? Оно не гонится за тобой и не пытается догнать — это ты не можешь его забыть. С самого первого ощущения полета. Свободы... не можешь.
Бейсер вновь сделал глоток пива и молчаливо смотрел на собеседника.

9

- Я боюсь того, кого оно отняло у меня, - Кадзэ, спрыгнув со стула, откупорил бутылку пива и выпил его до дна. Во рту было настолько же мерзко, насколько и на душе.
Удар по больному. Удар по сердцу. Подсознание шепнуло «глупец», а с губ слетело четкое, шипящее
- Пошли.
Без лишних слов, несмотря на возможные прерикания и слова собеседника, Йоширо схватил за руку бейсера и потащил в сторону выхода.
В душе рвалось на клочья прошлое. Рвались слова и клятвы перед телом брата, перед родителями, перед самим собой.
Он клялся им всем, клялся себе, что никогда больше не будет прыгать, но только что сделал тот самый первый прыжок. Пусть в пустоту и неосознанность, но уже сделал, и отступать было слишком позорно, даже не перед Шого. Перед самим собой.
«И знаешь, брат... Почему-то я уверен, что ты хотел совершенно иного, нежели того выбора, что я сделал...»
Они уже почти вышли на улицу, ледяной дождь снова избивал по плечам только что начавшее согреваться тело.
«Я знаю, ты... хотел, чтобы я продолжал прыгать. И черт подери, кажется, этот гад приоткрыл мне глаза.»
- Пойдем пешком, - Отрезал Кадзэ, видя, как его будущий напарник достает ключи из кармана, - Я пьян. Ты пьян. Мы пьяны. Будем трезветь. Тащи сюда рюкзаки.
«Бежать от неба... Господи, какая глупость... Но почему тогда на эту глупость я купился?.. Бежать от того, что живет в твоем сердце... Ты просто слишком поздно ушел от меня.»
Закинув на плечо один из рюкзаков, Кадзэ свернул за угол, со злостью пнув бутылку под ногами.
- Но ты не особо обольщайся, красавица. Брачная ночь все еще за тобой, - На губах была улыбка, вот только не та самая открытая и добродушная, что красовалась пару мгновений назад...
оптимальным вариантом для прыжка было здание. Ветер стихал, а это значит, что в струпьях запутаться будет сложнее. Ливень прекрасно смывал силуэты, значит, камеры вряд ли разберут будущих нарушителей... В нескольких сотнях метров возвышался бизнес-центр, прекрасное, роскошное здание, достаточно высокое и слишком хорошо охраняемое, чтобы кто-то рискнул прыгнуть с него в ясную погоду. Сейчас все карты были в руках их двоих, что могло и радовать и огорчать одновременно.

Оба >>> Крыша бизнес-центра

10

>>> помещение за сценой, отправив мелкого Зайца за один из свободных столиков в зале
>>> разумеется, отправив с устного разрешения недовольного начальства


   По залу прокатился разочарованно-возмущенный гул, вызванный неожиданной паузой на середине быстрой, полу-попсовой мелодии. Танцующая и не очень трезвая толпа недоуменно оглядывалась в сторону сцены, выбирая жертву своего закипающего недовольства и кровожадно косясь на ди-джея. Тот невозмутимо переставлял диски и регулировал уровни звука, готового вырваться из огромных колонок, расположенных по всему периметру помещения. Несколько секунд- и софиты умерли, оставив лишь свет небольших тусклых прожекторов, направленных в сторону стены и зеркального потолка напротив сцены.

   Усиливающиеся звуки электронных аккордов  минорным эхом оттолкнулись от пологих сводов, возвращаясь к людям с другой стороны дребезжащим вибрирующим откликом холодного камня. На фоне инструментала послышался мелодичный женский голос, напевающий одни и те же слова на незнакомом наречии.  Пока темнота скрывает фигуру на сцене, гул голосов постепенно заглушается музыкой.

"Три... Два... Один... Начали"
Незаметный огонек заплясал, отражаясь,  в глазах метиса, ласковыми движения проходя по поверхности влажной ткани и в доли секунды охватывая собой оба шара пои. Внимание присутствующих невольно притягивается к сцене, ритм звучащих на фоне голоса ударных заставляет многих неуверенно двигаться в такт.
Запястья и предплечье обжигает поднимающийся жар извивающегося от нетерпения пламени, но человек, кажется, не замечает его усилий и ждет несколько секунд, разведя руки в стороны и медленно поворачиваясь спиной к зрителям. Такт... Еще один... Музыка неожиданно меняет свое первоначальное течение, ускоряясь и наполняясь шумом глухих духовых инструментов. Руки вскидываются вверх: файерболлы начинают свое кружение над головой мужчины, изменяя скорость, в зависимости от томного замирания основоной мелодии и триумфально крича о своей свободе насмешливым гулом полыхающей ткани.

   Глаза невольно прикрываются, и, если бы источники света не перемещались и позволили разглядеть лицо человека, можно было бы увидеть безумную улыбку, подчинившую себе непривлекательные черты лица. Но хаотичные вспышки лишь выдергивают из темноты неузнаваемую тень высокой человеческой фигуры.
Запрокинуть голову назад и начать безмолвное слежение за огнем, очерчивающим окружности галактики у тебя над головой. Опустить руки ниже, так, что пои едва не коснулись непокорной челки, и резким незаметным постороннему глазу движением перевести обе руки назад, скрещивая запястья и ускоряя движения.
В темноте не видно тусклых металических цепей, лишь рыжие полосы огня, своевольно рассекающие спертый воздух зала, не желающие отпускать человека посередине.

   Дрессировщик? Повелитель? Отнюдь- раб. Реданный, обожающий, изгибающийся по желанию своего хозяина, открывающий на его радость участки ранимой плоти, на которую изредка попадают раскаленные капли горючего вещества, сорвавшегося с полыхающего шара. Счастливый вздох, горячий воздух с острым запахом керосина заполняет легкие, неожиданная вспышка боли вызывает очередной выброс адреналина в кровь, биение сердца заглушает музыку и дополняет мотив пения ярящегося пламени.

   Встать на колени? Что угодно- только не лишай своей милости. Позволь любоваться собой, быть с тобой, танцевать с тобой, двигаться для тебя, существовать для тебя, умереть для тебя и по твоей на то воле. Один намек и все взлетит на воздух, во славу Солнца, только не оставляй...

   Мах ногой, сальто назад, прогибаясь в спине, задерживая дыхание от возбуждения и  приземлиться на одну стопу, горризонтальное сальто, без остановки или заминки, прокручивание пои с разной амплитудой и в разных радиусах, намотав одну цепь на руку.
   Не трюки- танец, выполняемый с точностью до каждого поворота и наклона. Якобы экспромт, на самом деле прокручиваемый в голове огромное количество раз с последнего выступления на публике.
Танцы и музыка не повторяются, спишите видеть! Да и исполнитель, признаться вам, имеет неприятную особенность: местами он немножко смертен...

   Стремительный полет файеров вниз к полу и балансирование на затакте, череда легких движений слева-направо, в то время как человек покачивается на полу-согнутых, широко разведенных ногах. Не слышите? А он напевает... Но о чем и кому именно- вы никогда не узнаете, увы...
Или к счастью?
   Неожиданный визг электронного голоса в колонках разрывает подобие воцарившегося спокойствия и вновь резкий поворот, разведя руки в широком жесте объятия всего мира и прыжок к краю сцены, нависая над толпой, продолжая быстро раскручивать пои уже к себе, изолируя цепи. Огонь почти касается слегка вздернутого подбородка, но всполохи не дотягиваются до лица и разочарованно взлетают выше головы.
   Еле слышный завораживающий шепот: «быстрее, быстрее, сильнее, яростнее, больше, выше, сложнее, агрессивнее, ярче...» И губы, с улыбкой нашептывающие повторяющуюся молитву "Не больно...", когда задерживаемый в гиперлупе фаер слишком близко подбирается к оголенному предплечью.
   И ускоряющиеся до предела движения, рябящие вспышки в глазах и долгие минуты, кажущиеся самыми счастливыми часами. Самыми упоительными, самыми возбуждающими и умиротворяющими первый голод и постоянную жажду тепла и света. Лучше любви, красивее искусства, нежнее чувств, глубже философии, выше религии...
Ярче жизни...

   Огонь горит уже тише, запах горящего материала все настоячивее напоминает о том, что отведенные минуты счастливого безумия набросили на шею свою плеть и тянут, заставляя замедлить движения, но пока что не останавливаться до конца. Тот свет, что еще прежде оставался в зале и на танц-площадке гаснет. Очертания человека лишь с большим усилием можно разглядеть в свете ленивого полета двух миниатюрных фениксов. Движения становятся экономично-размеренными, копируя свое аскетичное обличие с основных приемов тай-чи. Музыка лишается последних электронных нот, приобретая звучание классических духовых и тихих, назойливых ударных.
   Без трюков и диких прыжков, лишь линии мерцающих теней, видимых зрителю, переплетающихся в воздухе в целомудренном танце сдерживаемой страсти и немого обожания. Не прикасаясь друг к другу, но стремясь прильнуть- фантомы осторожно сближаются и резко разлетаются в стороны, продолжая свой танец по отдельности. И вновь начиная двигаться параллельно, образуя в воздухе огненные цветы, моментально распадающиеся на незаметные лепестки тепла во тьме. Медленное парение в одну секунду сменяется погоней двух обезумевших светил в беспорядке солнечной системы, пытающихся ухватить свою половину за багровый хвост, до того, как она сменит свою эллиптичекую траекторию.
Тщетно, но так завораживающе красиво...
   Расширенные зрачки следят за последними всполохами света на концах цепей и прикрываются веками, уже не видя, как умерло в руках пламя. Прерывистое дыхание не желает стабилизироваться, а пальцы непроихвольно начинают дрожать, устав от живой тяжести. До сознания не сразу долетают восторженные крики с танцплощадки, да это и не важно...
Уже не важно...

Но... Ты же еще вернешься?...

11

Можно сказать, Акияма и Администратор нашли общий язык - всю дорогу до сцены господин начальник не переставая что-то возмущенно вещал, то и дело косясь на незнакомого паренька, а тот, в свою очередь, отвечал ему не менее недовольным взглядом. Садживара, а именно так звали огненного незнакомца со слов брюзшащего администратора, по всей видимости, мысленно был уже не здесь и спокойненько плелся чуть позади. Наверное все его последние способности к разговорной речи ушли на то, чтобы "пристроть" Рюи в зале. На этом троица и разошлась.

Танцпол, на котором не осталось ни одного свободного миллиметра, был с трудом, но преодолен. Протискиваясь через вереницу движущихся в каком-то безумном танце тел, Акияма совершенно неожиданно вспомнил, по какой причине посетил это заведение. Взгляд сразу стал сосредоточенным, пытаясь вычленить из видимых объектов знакомую фигуру, но безрезультатно. Почему-то мысли о том, что Акира может не приехать даже не возникло.
Дойдя до отведенного ему столика, Рюи все еще вглядывался в лица присутствующих, стоя спиной к сцене. Внезапно стало чуть темнее, музыка сменилась, а публика замерла. Парень резко обернулся. На сцене стоял человек, его очертания были весьма смутными и большей частью сводились к теневому контуру, с двух сторон от него, будто в воздухе, свисало два огненных шара.

Сбивающиеся ритмы музыки шаманов нового века, не менее рваные движения загипнотезированной публики и танец огня на сцене. Нет, скорее культ огня. Или чего-то большего.
Не отрывая взгляда от сцены, Акияма опустился на стул, предварительно пару раз попытавшись промахнуться. Отблески пламени отражались в глазах, затягивая в какой-то потусторонний мир, нехимический транс. Мурашки пробежали вдоль позвоночника к затылку, заставив поежиться, пальцы крепко сжали ткань рубашки и собственные руки, не давая провалиться туда, куда манили собственный жар и танец местного жреца Бога Солнца.

Все быстрей и быстрей огненные шары вращались в опасной близости от живого и такого уязвимого тела. В какой-то момент показалось, что язык пламени достиг своей цели, лизнув за подбородок своего верного слугу в благодарность за его поклонение. Безумная улыбка озарила в то мгновение лицо Садживары и Рюи был уверен, что ему не показалось и это не игра света.
"Вот значит как. Господин Бухгалтер совершенно бескорыстно отдал свою душу..."
Когда пламя совсем близко подбиралось к коже выступающего, дыхание замирало, но оторвать взгляд от действа было совершенно невозможно.

Толпа исступленно дышала, кричала и вздымала руки к зеркальному потолку в едином порыве. В самом деле культ. Древний, языческий и честный в своем естественном проявлении.
Рюи не пытался двигаться вместе с тем морем тел. Положив голову на руку, щекой касаясь столешницы, парень не моргая следил за волшебником творящим свою магию на сцене, пытаясь разглядеть его лицо в отсветах мельтешащего пламени. Еще десять минут назад он казался слишком высоким и от этого немного неуклюжим и медлительным, но не теперь. Какая-то дикая грация и животная гибкость. Страсть меняет человека до неузнаваемости. Осознание увиденного заставило Акияму задуматься и вывод, к которому он пришел, неприятно кольнул самолюбие - даже в своей любви к ветру и гонке он был совершенно обычен. Это не меняло его так, как Огонь менял Садживару.

Сцена погрузилась во тьму, скрыв от глаз публики танцора. Гром апплодисментов и восторженный гул.
Рюи был уверен, что Он сейчас счастлив и на лице его все та же безумная улыбка, но теперь с примесью чего-то нового и как хотелось эту улыбку увидеть. Взгляд карих глаз сверлил то место, где должен был находиться молодой человек, стараясь не упустить, не дать ему так легко исчезнуть из жизни Рюи.
"Хотя бы до тех пор, пока не увижу ту улыбку..."

12

>>>>>>>>откуда-то
«Белый  конь» самого завидного «принца»  в районе, по обыкновению, на полном ходу влетел на парковку перед « Агехой», оглушив вышедших покурить товарищей свистом тормозов. Под восторженные возгласы приветствий, «звезда» покинула свой автомобиль и, не обращая ровным счетом никакого внимания на толпу «поклонников», минуя фейс-контроль, проследовала прямиком внутрь. Сайто был в этом месте завсегдатаем, как собственно большинство экстремалов, населяющих Токио. А если учесть тот факт, что его величество было благородных кровей да еще и известно каждой «собаке», любящей погулять по ночам,  совсем не удивительно, что в этом месте Акиру встречали, как заправскую знаменитость. Сей факт, надо признать,  имел свои преимущества, но в большинстве случаев попросту раздражал.  Вот такое было капризное дитя!
В зале тем временем не то, что яблоку, косточке яблочной негде было упасть.  Распаленные адреналином, алкоголем, наркотиками или же попросту сексуальным желанием молодые люди, подобно аборигенам в ритуальном танце, извивались в такт бьющей басами музыки. Последняя надо сказать в момент появления Сайто затихла. Что ж это? Нет, до того, чтобы приветствовать золотого ребенка на весь клуб, прерывая всеобщее веселье, мы еще не дожили; в зал просто напросто выплыло очередное создание, призванное развлекать голодную до зрелищ публику. Надо сказать, создание делало это жуть как эффектно. По этой причине, Сайто даже решил сегодня проигнорировать успевшую надоесть вип-зону и проследовал прямиком к сцене. Естественно при таком аншлаге, свободных мест в эпицентре веселья не наблюдалось.  Зато знакомых лиц, в частности женских, наблюдалось достаточно, и каждое порывалось пригласить Сайто к своему столу. Тихой сапой, минуя все эти «Барби-логова», Акира пытался смешаться с толпой, как вдруг заметил чрезвычайно знакомую рыжую шевелюру совсем неподалеку.
- Йо! – приветственно окликнул Акира коротышку-официанта из ночного кафе и не церемонясь, будто знал его всю жизнь, уселся рядом на свободное место. Тем временем выступление стриптизера - пиротехника подошло к концу, о чем возвестила взорвавшаяся овациями обезумевшая толпа.
-Эй, как там тебя …Рен? Не думал, что появишься… – заключил Сайто, параллельно окрикивая проходящего мимо официанта. Сок, сок и только сок! И это не банальное соблюдение правил трезвой езды – Акира терпеть не мог алкоголь  и в жизни ничего, крепче вина не пил.
- Ты надеюсь, еще не успел надраться? Ты должен мне гонку….

13

Из состояния задумчивого созерцания погрузившейся во тьму сцены Рюи вывел гул женских голосов откуда-то слева. Причем гул быстро перерос в визг и парню пришлось закрыть уши руками, дабы не подвергать такому насилию свой слуховой аппарат. Совершенно неясно было, что могло вызвать столь внезапный восторг у гламурных барышень, ведь выступление уже несколько минут как закончилось. Впрочем, заниматься выяснением сего вопроса Акияма не собирался, ибо его сейчас интересовали только две вещи: 1. Где теперь искать Садживару, дабы вернуть ему рубашку, которую обещал не переть и 2. Как в этой всей толпе отыскать Акиру.
Если с первым вопросом еще предстояло помучиться, то второй разрешился скорейшим образом и без какого-либо усилия со стороны Рюи.
- Йо. - в тон подошедшему провозгласил Рюи, перекрикивая толпу, и махнул рукой.
Сайто совершенно бесцеремонно уселся на свободное место, собственно, чему тут уже удивляться, а Рюи наконец-то сообразил, в чью честь голосили сирены, ибо со всех сторон до слуха рыжего долетали обрывки фраз "Акира-кууун, куда же ты?...", "Акира, посиди с нааами!", ну и все в этом роде. А парочка барышень в боевой раскраске смерила паренька таким уничтожающим взглядом, что Акияма, уже в который раз за эти сутки, начал беспокоиться за свою жизнь. И то, что человек, пусть и неосознанно, но подвергающий твою жизнь опасности не помнит твоего имени, было немного обидно.
"Да и вообще, что за фамильярность!"
- А-ки-я-ма. Не Рен. - спокойно и не повышая голоса проговорил рыжий и в подтверждение своих слов чихнул, не забыв прикрыть рот рукой - все как бабушка учила.
- Заняться было нечем, вот и решил заехать. - скрестив на груди руки, Рюи гордо шмыгнул носом.
"И с чего это я не должен был появиться? Пф, тоже мне. Думал, испугался? Не дождетесь."
Причем Акияма имел очень такую интересную особенность - все мысли паренька весьма живописно отражались на его гутоперчивой физиономии.
Поймав на себе злобный взгляд очередной обиженной поклонницы, Рюи подумал-подумал и показал ей язык. Ну вот захотелось почему-то.
"Интересно, и что эти дамочки там себе уже навыдумывали?..."
Пронесшийся мимо официант получил заказ от Сайто.
"Сок? Надо же, трезвенник..."
К этой мысли примешалось профессиональное сочувствие официанту, работающему в такой экстремальной обстановке и желание заказать что-нибудь тепленькое.
При мысли о тепле взгляд упал на рубашку, ткань которой сжимали пальцы.
"Не мять, не мять, не мять!"
- Хай-хай, я не пил, мамуля, спасибо, что волнуешься. - растягивая слова проговорил Рюи и улыбнулся Акире - Здесь не продают алкоголь лицам до, но детям в сопровождении родителей можно все, нэ? - глаза резко заслезились и Рюи снова чихнул. Не забыв про бабушку.
- Неужели ты надеялся, что я забыл о гонке? У меня отличная память, чтоб ты знал!
Да, бред, как физическое состояние был свойственен не только людям пребывающим в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, но и банально температурящим.
Оглядевшись по сторонам, Рюи наклонился к Принцу и проговорил подозрительно косясь в сторону.
- А-ки-ра-сан, за нами следят. Все. Это нормально?

14

Минуты медленно прекращали собственное существование, растворяясь в судорожных вдохах. Парень стоял прислонившись спиной к стене, за сценой и силился справиться с собственным взбунтовавшимся телом. Возбуждение не желало проходить, более того, хотелось вернуть ощущение полета, движения, жажды и жара. Такого удовольствия не могло доставить ничто- ни алкоголь, ни наркотики, ни секс, ни даже серфинг- только открытое пламя...
   Дверь комнаты приоткрылась, в нее ввалился некто. После пары секунд счастоивой прострации лицо пришельца удалось опознать, но легче от этого не стало. Лицо администратора плыло перед глазами, но, судя по выражению его лица, он был доволен и даже увлеченно что-то пытался- простите, не могу найти лучшего выражения- впарить. Понимать, что именно так понравилось низкорослому занудному японцу совершенно не хотелось. Более того, где-то на подсознании крутилась мысль о том, чтобы аккуратно вырубить источник гудящих звуков и провалиться глубже в счастливое безмыслие...

- ... В общем, закончился разговор тем, что он сказал, чтобы ты приходил еще, возможно даже на следующей неделе! – вид при этом у Сея был такой, будто это он только что делал сальто на сцене и, плюс к этому, при этом еще решал на бумажке без калькулятора задачи из высшей математики. – И еще, просили сделать тебе прибавку. Но ты же понимаешь, что мне тоже полагается за то, что я тебя вообще сюда пустил, нэ? – залихватски подмигнув, этот дряннейшей души человек протянул Садживаре конверт и приступил к плану ретировки к выходу, - Я позвоню тебе! – напоследок важно проговорил он и скрылся из виду за белой дверью.
   Рока медленно сполз по стене вниз, флегматично опустив руки на пол. Гудение размятых мышц приятно грело; склонив голову к плечу, молодой человек со слабым интересом стал разглядывать конверт, выпавший из пальцев и уютно разместившийся около ладони. Удивительно, за полученное удовольствие еще и платят. И, несмотря на явное хамство Сейширо, явно заплатили намного больше, чем ожидалось. Это чье же благословенное присутствие в зале стало причиной столь весомой надбавки?... Уж явно не просто посетительница, которой понравился танец. К тому же, было сказано что-то о некоем представителе мужского пола...

«Наверное, стоило все-таки послушать...» - с улыбкой подумал Кин и поднялся с пола, направляясь убирать инвентарь. Бережно уложив цепи и крепления, файер выбросил остатки недогоревшей ткани и, плотно закрыв крышку канистры с керосином, уложил свое добро в тот самый угол, с которого все начиналось.
Потянувшись и глубоко зевнув, метис переоделся, продолжая смаковать ощущение удовлетворения и, в то же время, приятной истомы. Как выяснилось, одна часть гардероба была безвозвратно утеряна. Ну, не так уж пафосно- безвозвратно... Но в наличии явно отсутствовала.
- Вот балбес, свои вещи бросил... – усмехнулся Садживара, снимая с батареи джемпер и промокшую жилетку и укладывая в собственную сумку. Внутренний голос, явно разомлевший от обилия огня за последние полчаса, лишь тихонько простонал: «Свихнутый педофетишист», - и снова скользнул в небытие Астрала.
Конверт с деньгами приятно отягощал карман, а голый торс сверкал старыми шрамами, оставшимися от прошлых «шалостей». На этот раз обошлось без новых травм, разве что небольшие ожоги на предплечьях, но это заживет в течении недели размеренной жизни уравновешенного бухгалтера.
А пока этот самый бухгалтер схватил первую попавшуюся на вешалке с костюмами кофточку. Жуткого боржового цвета, с горловиной украшенной перями насыщенно-зеленого цвета, дешевая синтетика, пошло обтягивающая грудь и живот. Не то, чтобы парень шрамов стеснялся, но...

«Верно, лучше проскользнуть в толпе неприметным юношей, гейского вида, чем быть разодранным вклочья возбужденными посетителями, узнавшими во мне циркача со сцены...» - фыркнул Садживара на длинные перья, норовящие залезть в нос и вышел из подсобного помещения.

Пробраться до основного зала было делом минуты, дальнейшее передвижение происходило путем распихивания неудобных граждан страны Восходящего Солнца и гостей столицы. Осталось надеяться, что новыё нехнакомый Рока действительно сидел перед сценой, как он мельком запомнил до начала выступления, а не смылся вместе со столь же новой рубашкой...
- Или я тебя раздену прямо сейчас, или нам придется где-то еще сушить твои вещи, потому что вот тот подозрительный мужик явно имеет на меня, такого очаровательного и декальтированного, какие-то явно не профессиональные планы... – выдал Кин, рухнув на свободный стул рядом с мальчишкой и обращаясь к нему, попутно случайно задев сумкой голову еще одного человека, присутствовавшего за столом. – И ты расскажешь о своем впечталении от моего выступления, не отделаешься.
А пожилой японец в классическом костюме, сидевший около стены, тем временем совершенно точно слишком масленно оглядывал фигуру пиромана и слишком часто прикладывался к стакану со спиртным.

- Э... Кстати да, прошу прощения за свою неуклюжесть. – Садживара слегка поклонился пафосному незнакомцу номер два, с которым только что беседовал маленький незнакомец номер один.

«Хозяин... Я щас запутаюсь... » - шокированно булькнуло где-то под коркой мозга, и навело на гениальную по своей простоте мысль:
- Давайте что-ли познакомимся, господа? – сказал он чуть громче, стараясь заглушить музыку.

15

Пусть Акияма и не пил, но от общей атмосферы, царившей в клубе, его явно чем-то накрыло. Ну, кто бы в здравом уме и наличии медицинской страховки стал называть Сайто мамочкой.  Кровь в жилах так и закипала вместе с желанием отвесить малявке хороший подзатыльник. Хотя открывать полемику на этот счет, Акире сейчас уж больно не хотелось. Еще не миновала угроза быть убитым  разрядами молнии, которые то и дело метала в него глазами очередная обиженная мадам.
- А-ки-ра-сан, за нами следят. Все. Это нормально? – Да, конечно, черта с два это нормально.
- Тебя осенило, мой недорослый друг, неужели? – язвительно отозвался Акира, оглядываясь по сторонам.
- Так, что если жаждешь погоняться со мной до того, как вон те дамы разорвут меня на сувениры, то предлагаю отсюда делать ноги…и чем быстрее, тем лучше! Сечешь, милюзга?
Закончить свою мысль однако Акире не удалось, ибо нечто довольно увесистое проехалось ему прямо по затылку. Парень уже было хотел учинить кровавую расправу прямо не отходя от кассы, как вдруг выяснилось, что обидчиком его был тот самый танцор, что любил погорячее.
- Эй, ты рождественская индейка, смотри что ли куда идешь? – недовольно пробурчал Акира, но расфуфыренный фламинго его упорно игнорировал.
- Давайте что-ли познакомимся, господа?
-Как свовременно…- буркнул молодой человек, но все же представился.
- Сайто. Акира. И если не возражаешь, у нас с коротышкой есть кое какие дела вне стен этого распаренного помещения…

16

- Смекнул. - серьезно кивнул Акияма здраво оценивая накаляющуюся с каждой секундой обстановку и пытаясь отыскать наиболее благоприятные пути для отступления.
Собственно, Акира преувеличивал не во многом - краем глаза Рюи заметил чуть в стороне стайку барышень, активно тыкающих пальцами в их сторону. Самому Акияме не приходилось переживать такого внимания к своей персоне, да и после увиденного не очень-то и хотелось - не дурак, на чужих ошибках учиться приятнее.
Парень уже открыл рот, дабы пригласить Сайто на выход, но так и не произнес ни слова, лишь охнул и состроил гримассу, будто по его ногам только что проехался каток, когда в довольно экстравагантной кофточке к ним присоединился Садживара, предварительно проехавшись своей сумкой по стильному шухеру на голове Акиры. Рюи зажмурился, ибо был уверен, что сейчас разразится буря и почему-то казалось, что достанется именно ему. Но нет, кажется, на этот раз пронесло, обошлось довольно безобидной фразой.
Когда эти мысли пронеслись где-то в глубинах сознания, уступив место другим, до Акиямы наконец-то дошел смысл сказанного бухгалтером и волшебником по совместительству.
- Ой, Садживара-сан! Простите! Я не пытался ее спереть! - торопливо затараторил парнишка и принялся расстегивать пуговицы, дабы вернуть вещь владельцу. Но, случайно перехватив взгляд молодого человека, замер, сглотнул и быстренько застегнул все назад. Хотя совесть теперь снова начала подавать признаки жизни, бурча что-то о внешнем виде благодетеля и причастности к этому Рюи. Впрочем, разумное предложение представиться вновь затолкало не особенно сопротивляющуюся совесть на задворки сознания.
- Акияма Рюи, рад знакомству. - рыжий поклонился, насколько это было возможно сделать сидя за столом.
Фраза о том, что Акияма должен сообщить о своем впечатлении от выступления, застала врасплох. Просто трудно было описать словами те ощущения, что возникали при взгляде на сцену, а бональное "Восхитительно!" казалось еще большим оскорблением, чем многозначительное молчание. Несколько секунд Рюи честно пытался подобрать слова, скользя взглядом по зеркальному потолку в поисках подсказки какого-нибудь благородного суфлера, но тщетно. Зато более широкий диапозон обзора принес интересные результаты - парнишка увидел, как с двух сторон к их столику весьма уверенно движутся верные фанаты - давешние красавицы и примеченный Садживарой дяденька, который, на взгляд Рюи, был слишком стар, чтобы чего-то хотеть от главного потребителя керосина всея Токио.
Скромненько кашлянув, Акияма решил поделиться своим наблюдением:
- Господа, предлагаю продолжить беседу под дождем. Я слишком молод, чтобы погибнуть при активном содействии ваших поклонников.
Подорвавшись со стула, Рюи резко сдернул со своих мест Акиру и Садживару, утащив их в танцующую толпу прямо из-под носа подоспевших фанатов. Крепко вцепившись в предплечья (и не спрашивайте, как он туда дотянулся!) обоих, Рюи проталкивался сквозь извивающиеся тела к выходу - не очень-то хотелось упустить в этой толпе свою странную компанию и убить оставшуюся ночь на поиски друг друга в этом бедламе.
"Хотя кто тебе сказал, что они не отправятся домой плюнув на все?"
В результате - отдавленные ноги, легкая глухота и царапина на щеке, подаренная одной уж очень страстной танцовщицей.
Вывалившись на свежий воздух, Рюи был почти рад ощущению холодных капель на горячей коже. Пытаясь отдышаться, парень так и не отпускал рук своих спутников.
- Мы выжили. И это надо отметить хорошей гонкой! Садживара, ты с нами? Какой сегодня день недели? По этим дням я верю в судьбу!
И улыбка. Наверное слишком открытая. И дрожь по всему телу. В предвкушении чего-то хорошего.
- Акира-сан, мы конечно оторвались, но не думаю, что те дамы так просто сдадуться.
Играть роль тягловой лошади, так до конца. Парень потащил обоих юношей от входа к стоянке и за время этого короткого пути, они должны были определиться со своими планами на ближайшие часы, Рюи-то для себя уже все решил.

>>> стоянка (само собой с Его Величеством и Господином Пироманом)


Вы здесь » Extreme Tokyo » Ночной клуб "Ageha" » Огромный танцпол со сценой и барной стойкой